MIME-Version: 1.0 Content-Type: multipart/related; boundary="----=_NextPart_01C83103.A3214A70" Данный документ является веб-страницей в одном файле, также называемой файлом веб-архива. Если вы видите это сообщение, значит данный обозреватель или редактор не поддерживает файлы веб-архива. Загрузите обозреватель, поддерживающий веб-архивы, например Microsoft Internet Explorer. ------=_NextPart_01C83103.A3214A70 Content-Location: file:///C:/1958CB21/StichiASmirnova.htm Content-Transfer-Encoding: quoted-printable Content-Type: text/html; charset="us-ascii"
Алекс=
;ей
СМИРНОВ
Шмели=
;ный
луг весной
Весна…
Треснул
лёд на реке.
Оплыла
снежная баб
=
72;
на берегу.
Съехало наб
=
86;к
дырявое
ведро у неё
на голове.
Выпала из ру=
082;
метла.
Покосился
красный
нос-морковк
=
72;.
Закапали
слёзы из-под
чёрных
угольев
глаз…
Расселся
кругом
рыхлый снег,
стал мокрым,
синеватым.
Раскололс=
03;
лёд на льдин=
099;
и схлынул по
Москве-реке
коротким,
шумным
ледоходом.
Солнце
пригрело
Шмелиный лу
=
75;;
остались от =
089;нега
«рожки да
ножки»:
кое-где по
ложбинам и
впадинам ещ=
05;
белеют его
остатки.
Разлились
вешние воды =
080;
снова вошли =
074;
берега. А
из-под земли
полезла
молодая,
упругая тра
=
74;ка.
Ближе
к маю
запестрел
Шмелиный лу
=
75;
жёлтыми
одуванчикаl=
4;и,
золотыми
лютиками;
выпростал
стрелки
травы с
бордовыми
султанцами
=
74;
дымном
оперенье;
зажёг
бледно-голу
=
73;ые
звёздочки
незабудок…
*
* *
Лишившийс=
03;
сна и покоя,
Когда
взбеленилаl=
9;ь
луна,
Увидевший что-то такое, <= o:p>
Чего
не видала
она,
В
тяжелых,
воюющих
громах
И
в проливнях
талых небес
Почуявший
запах
черемух,
Что
с новой
весною
воскрес,
Проведший
ладонью по
кругу
Шершавой,
как уголь,
коры,
Приявший
любовь и
разлуку
Как
равно святы
=
77;
дары,
Изведавши
=
81;
крестные
муки
И
веру, что
смерти
сильней,
Безмолвно
целующий
руки
Судьбы
неразменноl=
1;
своей.
НОЧЬ
РОЖДЕСТВА
Друзья
оглашали
вечернюю
тишь,
Гуляя,
как прапор в
каптерке,
И
черную корк
=
91;
за кружкой,
как мышь,
Гоняли
по смятой
скатерке.
Ты
помнишь тот
флигель на
спуске к
Трубе,
Пронзител=
00;ный
голос
трамвая?
Я
в зиму
распахивал
окна тебе,
Счастливы
=
81;
билет
отрывая.
Умел
же сочельни
=
82;
снежку
натолочь,
Проглянул
же
месяц-разбо
=
81;ник,
Когда
головами в
раскрытую
ночь
Клонились
мы за
подоконник.
Греми
же, вагон,
закусив
удила,
Срывайся
под горку
ретиво.
Пусть,
снег по бока=
084;
прожигая
дотла,
Безумству
=
77;т
рыжая грива!
Высоко-Пет=
088;овский
молчун-мона
=
89;тырь
Поодаль
чернеет
устало.
Рождестве
=
85;ской
ночи оконна=
03;
ширь
Его
не признала
устава.
Скажи
мне, душа, как
занес тебя
Бог
В
столицу мет
=
77;льного
стана
Оттуда,
где Лия
сплетала
венок
Над
светлой
струей
Иордана;
Оттуда,
где каперсо
=
84;
дышат холмы,
Где
месяц встае
=
90;
над оливой,
В
морозные
хрусты
московской
зимы -
Далекой
и самой
счастливой?
Безбожниц
=
72;,
старая
сводня
Москва.
Гремящий
под окнами
коник.
Любовью
объятая ноч=
00;
Рождества
И
белый, в
снегу,
подоконник.
НОЧНОГО
БЕРЕГА КАЙМ
=
40;
Ночного
берега кайм
=
72;
Навстречу
нам течет
упрямо.
Под
сенью
звездного
письма
Шуршит
и моет мели
Кама.
А
бакен
вспыхнул и
погас,
Припомнив,
как обнявши =
089;ына
Уже
за сотни лет
до нас
Плыла
в Елабугу
Марина.
Как
истончаласn=
0;
жизни нить.
Ей
каждый свой
страшней, че=
084;
турок.
Как
не сумела
раскурить
Она
на палубе
окурок.
Осталось
выдохнуть:
"Увы…".
Любовь
- недуг
жестоких
духов,
А
все смятени=
03;
любви -
В
несовпаденl=
0;и
недугов.
Когда
больны, увы,
не мной;
Когда,
увы, больна
не вами.
Что
так пьянило
над Москвой,
Пахнуло
омутом на
Каме.
И
с кем мы
вместе, если
врозь
Глаза,
сердца, уста
и руки?
Кому
и где еще
пришлось
Так
тешить
демонов
разлуки?
Ночного
берега кайм
=
72;.
Луна,
встающая, ка=
082;
солнце.
Я
не просил, но
ты сама
Раскрыла
душу мне до
донца.
Одна
знобящая
волна
С
другою
встретиласn=
0;
волною.
Одна
живая
глубина
С
другой
смешалась
глубиною.
И
нам
открылось,
словно вест=
00;,
В
рассветном
обмороке ра
=
85;нем,
Что
перед тем,
как души
свесть,
Господь
пытает их
страданьем,
Чтобы
явилась нам
двоим
Грядущей
радости
предтеча
Не
нами,
грешными, но
Им
Предугото
=
74;ленная
Встреча.
Ночного
берега
кайма…
КАРП
Царишь
посреди
своего
ареала:
Вода
и духовка, ог=
1086;нь
и ножи.
Как
узник под
сводами
Эскориала,
Дон
Карп не
сумеет
поднять
мятежи.
Толстяк
золотистый,
спелёнут
фольгою,
Он
сок
выпускает,
томится и
ждет,
Пока
ты сверкаеш=
00;
летучей
серьгою,
Готовя
немыслимый
переворот.
-
Простите
покорно мен=
03;,
ваша милост=
00;,
За
все
беспокойстk=
4;а,
но я вас молю: =
О,
не
разломитесn=
0;
со ссылкой н=
072;
хилость!
Честь
не посрамит
=
77;
свою и мою.
Вы
слышите?
Гость мой
гремит уже
лифтом.
Dios
mio ! * Минутка у
нас до
звонка…
Давайте
же крупным
впечатаем
шрифтом
Мы
в сердце ему
имя КАРП на
века.
Пусть
дрогнет его
драгоценноk=
7;
сердце.
Ужели
кульбит вам
исполнить
слабо?
А
я вас украшу
колечком из
перца,
Похожим
на жатые
гофры жабо.
А
я воспою ваш=
091;
стать и
отвагу,
Мой
гранд
благородныl=
1;.
Но где же
клинок?
Ах,
белую
косточку - то=
1085;кую
шпагу
Позвольте
в укропный
продеть
поясок!
КОЛОКОЛЬЧ
=
48;КОВЫЙ
ДОМ
За
язычка
примолкший
кончик,
Играя
крохотным
ушком,
Вношу
свой белый
колокольчиl=
2;
В
твой
Колокольчиl=
2;овый
дом.
Зови
Пафнутьем, о=
085;
- хороший,
Звони
и думай обо
мне,
Лишь
с волжским
ангелом
Алёшей
Они
качнутся в
вышине.
Безмолвны
=
81;
ангел плеще
=
90;
зыбко,
А
воспоёт, как
царь Давид,
Едва
счастливая
улыбка
Твою
щербинку
озарит.
Я
обещаю, - не
иначе, -
Что
унесу к себе
домой
Тебя,
за пазухою
пряча,
Мой
колокольчиl=
2;,
ангел мой.
И
снова нам
никто не
нужен.
Ночные
стихнут
голоса,
И
сладкий
хмель тебя
закружит
И
напоит твои
глаза.
За
язычка
певучий
кончик,
Играя
крошечным
ушком,
Вношу
свой белый
колокольчиl=
2;
В
твой
Колокольчиl=
2;овый
дом.
БОЛЬШАЯ
ПЕСНЯ
Сколько
их осталось =
074;
дальней дал
=
80;
У
размытых
забытьём
времён?
Мы
с тобой
узнаем их
едва ли,
Даже
не усвоим их
имён -
Избранных,
прекрасных,
несравненнm=
9;х,
Проклятых,
рассеянных
во мгле,
Словно
из иных они
вселенных,
А
не из
прошедших п
=
86;
земле.
Сколько
их,
исполненныm=
3;
отваги,
Сердцем
поверявших
каждый шаг,
Кануло
в
расстрельнm=
9;е
овраги,
В
гиблые
провалы
тёмных шахт?
На
каком
покинутом
погосте
Их
собрал
всевидящий
Господь,
Чтобы
мы смогли
придти к ним
в гости,
Перед
прошлым
страх
перебороть?
Прадеды!
Былые дни и
ночи,
Вас
явила
молодость
моя.
И
в тебе оттуд=
072;
эти очи -
Нежностью
хранимые
моря,
Узкие,
целованные
плечи,
Влажное
касанье
детских рук,
Чуткий
шёпот
соловьиной
речи,
Горечь
незалеченнm=
9;х
разлук.
Кто
из нас
цыганами
украден?
Кто,
как ангел,
осиян,
спроси,
Горным
светом
западных
украин,
Горним
-
обездоленнl=
6;й
Руси?
Только
перед ним ещ=
077;
коленям
Преклонят=
00;ся
в кротости
своей…
Никогда
с тобой мы не
изменим
Горьким
звёздам
брошенных
полей.
Потому
мы вымолили
право
Их
обидой и
своей
судьбой,
Чтобы
нас причалы
Ярослава
Обручили
волжскою
волной,
Потому
и смел тебя
позвать я,
Потому
решилась:
"Позови…", -
И
сомкнула
робкое
объятье
Ими
заповеданнl=
6;й
любви.
ГЕНИЙ
СВЯТОЙ
ДУРАЧИНЫ
Поучимся
быть
дураками,
Ерошить
разумности
гладь,
Размахива
=
90;ь
длинно
руками
И
глупо всю
ночь
хохотать,
Светло
хохотать, бе=
079;
причины,
И
славно
хмелеть без
вина.
Пусть
гений свято
=
81;
дурачины
Нас
счастьем
одарит
сполна.
Рвануть
на печурках
нам впору б
Туда,
где хлебнув
киселя,
Глазеет
Емелька на
прорубь,
Пронырлив
=
99;х
щук веселя,
И
вывернув
шкуру овчин
=
99;,
Плясать
у
костра-шату
=
85;а.
Пусть
гений свято
=
81;
дурачины
Нас
счастьем
одарит
сполна.
Отыщем
себя в
балагурах,
Что
через плетн
=
80;
небылиц
Коньков
тренируют
каурых
Взлетать
за хвостами
жар-птиц.
Седые,
как пепел,
мужчины,
И
женского
визга волна.
Пусть
гений свято
=
81;
дурачины
Нас
счастьем
одарит
сполна.
*
* *
Я
- солнце, ты -
луна.
Я
- белый день,
ты - ночь.
Я
- берег, ты -
волна,
Отпрянувш
=
72;я
прочь.
Я
золото своё,
Вселенско
=
77;
тавро
Впечатаю
в твоё
Литое
серебро.
Когда
закат крыла
=
90;,
А
кроны -
решето,
Нас
видит Арара
=
90;.
И
более никто.
Нет ока на земле, <= o:p>
Чтоб
различить
порой,
Как
в серой
полумгле
Мы
сходимся с
тобой.
Пронижет
облака
Космическ
=
80;й
огонь.
Тебе
- моя рука,
А
мне - твоя
ладонь.
Где
страсти
ястреба
Сорвутся, как на кровь, <= o:p>
Тебе
- моя судьба,
А
мне - твоя
любовь.
Об
Армении
На
Горе твоей,
брат,
Не
растёт
виноград
С
незапамятнm=
9;х
пор и доныне;
Плети
цепкие лоз,
Капли
солнечных
слёз
Бог
отнёс
Араратской
долине.
Склон
в камнях и в
пыли...
Нет
бесплодней
земли,
Но,
ынкер*, не
печалься о
малом.
Жизнь
отдашь, а не
власть,
Чтобы
только
припасть
К
этим голым
крошащимся
скалам.
* *
*
Сколько
грима легло
на лицо
гордеца,
На
его
длиннопалыk=
7;
руки,
Только
б не было
видно под
маской —
лица,
Что
сокрылось о
=
90;
нашей докук
=
80;;
Лишь
бы трогали
сердце
смиренье
слезы
Да
безропотноl=
9;ть
сгорбленноl=
1;
позы,
Лишь
бы мрачный
раскат
бутафорскоl=
1;
грозы
Устрашал,
как живые
угрозы.
Но
когда
отойдет
золотая пор
=
72;,
Отшумят
сумасшедшиk=
7;
воды,
Он
получит на п=
072;перти
зла и добра
Роль
холопа
бездомной
свободы.
Ока
Наташе.
Речной
волны
песчаный
шорох,
Оки
просторный
поворот,
И
над водой
ворон
тяжелых
Горластый,
бреющий
полет.
Прошелест
=
80;т
в стволах
отвесных
Упругий
ветер, уходя,
И
тянет стая в
клювах
тесных
Косую
кисею дождя.
Она
ложится
складкой
первой
Нам
сверху на
плечи с
тобой,
И
хорошо под
этой серой
И
поветшавшеl=
1;
кисеей.
Когда
еще, в каком
столетье
Нам
возвратят
счастливый
час,
Чтобы
вот так могл=
080;
смотреть мы
На
все, что
связывает
нас, —
На
поворот Оки
широкий,
Теченья
темную стру=
02;
И
на спадающу=
02;
в ноги
Дождя сырую кисею...<= o:p>
Алкон=
;ост
И
в прошлом и
сегодня,
Увы,
пути
Господни
Для
нас
неуследимы
И
неисповедиl=
4;ы.
В
чем замысел
Творца?
Что
возвращает
эхо?
Звук
плача или
смеха?
Для
нас ли славы
стелы,
Или
забвенья
стрелы
Нам
поразят
сердца?
Все
это тайна,
тайна...
Мы
можем лишь
случайно
Проникнут=
00;
за покровы
На
зыбкие
паромы,
Плывущие
туда,
Где,
словно стяг,
струится
Распахнут
=
72;я
птица,
Младая
Птицедева —
Дочь
райского
напева,
Духовного
труда.
И
держит Дева
свиток,
Прошитый
шелком нито
=
82;,
Гласящий,
что вовеки
Пребудут
человеки,
Чья
праведностn=
0;
была
Чиста
и
неподдельнk=
2;,
Живительн
=
72;
и цельна,
А
пагубных
смятений
Мучительн
=
99;е
тени
Не
тронули чел
=
72;.
Младая
Девоптица —
Других
миров жилиц
=
72;
—
Тебя
ведет; как
брату,
К
Небесному
Ефрату
Крылом
рисуя мост.
И
в воздухе
весеннем
Она
летит
спасеньем,
А
вслед
сладкоголоl=
9;ой
Волос
волнистых
косы
Трепещут...
Алконост!
О,
там, в
индийских,
пряных,
Ближайших
к раю
странах,
Ее
бессонны оч
=
80;,
Пока
что пена ноч=
080;
Вскипает
под крылом.
Сиротства
нет, покуда
Нас
осеняют чуд
=
86;
Неведомог
=
86;
пенья
И
тайна
попеченья,
Что
явлены
Творцом.
Гений
места
Обычная
вещь —
потрясенья
судьбы для
всех, привык=
072;ющих
к ним,
У
Гения места
неслышный
полет, и путь
его неулови
=
84;.
Он
свяжет
балтийский
закат и
рассвет, он с
ночью
сольется
дневной
И
будет у серы=
093;
гранитов
кружить,
снижаясь на
=
76;
самой Невой.
Трещат
барабаны.
Качается ды
=
84;.
Уключины тр
=
91;тся,
скрипя.
Он
души
прохожих
пронижет
собой, в их
сердце
оставит себ=
03;.
Был
некогда
город такой
Петербург, п=
086;днесь
его шпили
видны,
Но
смыло
несчастных
его горожан
приливом ос
=
77;нней
волны.
Был
некогда
город такой =
212;
Ленинград. О=
085;
тоже сумел
устоять.
Но
смыло
несчастных
его горожан
волной, обра=
090;ившейся
вспять.
И
если теперь
мы по тем же
торцам
пройдем Пет
=
77;рбургом
Вторым,
То
место увиди
=
84;,
а Гения — нет:
он смертен и
неповторим.
Живет
он не только
в замшелых
камнях, в
клубящемся
сумраке ниш,
Но
в душах
исчезнувшиm=
3;
тех горожан,
а их-то и не
повторишь.
Какие
пришельцы в
каких
пришлецах
его воскрес
=
80;ть
бы смогли,
Покуда
встревоженl=
5;ой
пены морско
=
81;
теснятся
барашки
вдали?
Кораб=
;лик
Памяти
моей жены
Наташи
Смирновой,
когда
ей было
двенадцать
лет.
Не
речной ли
трамвайчик
бьет косою
волной,
Где
задумчивый
мальчик бре
=
83;
вечерней по
=
88;ой?
Отчего
он не светел?
Что влечет е=
075;о
прочь?
Пожалей
меня, ветер.
Повстреча
=
81;
меня, ночь.
Я
тоскую по
дому, где
ступеньки
легки.
По
себе
молодому у
холодной
реки.
Мне
никто не
ответит и не
сможет
помочь.
Не
тревожь мен=
03;,
ветер.
Защити
меня, ночь.
Где
дугу свою
чайка
прочертила,
креня,
Там
ты с борта
случайно
увидала мен=
03;.
Как
же я не
заметил
капитанскуn=
2;
дочь?
Не
суди меня,
ветер,
Обними
меня, ночь.
А
кораблик — о,
жалость —
вплыл под
Каменный
мост.
Сердце
девичье
сжалось и
взметнулосn=
0;
до звезд:
—
Вот мой муж! —
только дети
так пророча
=
90;:
точь-в-точь.
Закружи
меня, ветер.
Отпусти
меня, ночь.
Память
— скрытая
дверца во
святые мест
=
72;,
Где
светило нам
Сердце — а не
купол —
Христа.
Как
до будущей
встречи мне
беду
превозмочь?
Не
гони меня,
ветер,
Пощади
меня, ночь.
* *
*
Как
меняется
небо заката.
Облака
обращаются
=
74;
дым,
Но
не мчатся бе=
079;
цели куда-то,
А
проходят
одно за
одним.
Для
чего им
теперь
торопиться?
День
и так
уплывает из
рук,
И
закат, как
огромная
птица,
Обнимает
всю землю
вокруг.
Вот
и сломаны
алые крылья,
Но
напрасно на
=
76;
ним не
злословь.
В
этой
нежности
столько
бессилья,
Что похожа она н= 072; любовь